?

Log in

Конармия и Кинг Конг - Топот котов [entries|archive|friends|userinfo]
Елена Эфрос

[ website | кототуй в фейсбуке ]
[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

Конармия и Кинг Конг [Sep. 16th, 2016|01:56 pm]
Елена Эфрос
Так получилось, что этим летом karakal перевел книгу Элиф Батуман "Одержимые. Приключения с русской литературой и теми, кто ее читает". На английском эта книга называется "The Possessed" — так же, как переводится роман Достоевского "Бесы". Автор — литературовед из Стэнфорда, но книга у нее получилась не научная, а, скорее научно-популярно-художественная. Очень смешная и не без открытий.
При попытке пересказать содержание книги, я чуть было не привела её всю целиком, но взяла себя в руки. Ограничимся названиями глав: "Бабель в Калифорнии", "Кто убил Толстого", "Ледяной дом", "Бесы", "Лето в Самарканде" (что-то вроде интермедии в трех частях, которая, как прослойка в пироге, проходит между главами о русской литературе).
Глеб говорит, что переводил книгу не для печати, а для меня: прочтя "Одержимых" по-английски, он прикололся и захотел, чтобы я прочла тоже, но не с моим уровнем знания языка. Тогда он сел и перевел ее.
(Один такой случай с ним уже был: еще в доинтернетные времена для какого-то дела Глебу понадобился русский перевод пьесы "В ожидании Годо", но под рукой был только английский, а идти в библиотеку было то ли некогда, то ли влом, и тогда Глеб сел и перевел Беккета еще раз).
Возвращаясь к «Одержимым»: прочтя перевод, я прикололась и захотела, чтобы его прочли все. Удивительно, но за шесть лет с момента выхода книги в Штатах никто так и не издал ее на русском (или я чего-то не знаю? но интернет мы прошерстили основательно). Знакомый издатель, который сперва загорелся этой идеей, а потом погас, предположил, что, наверное, права на перевод стоят дороговато и выпуск книги не окупится, он даже послал запрос в Америку, но ответа пока не получил.
Я пишу тут все это в надежде, что кто-нибудь еще загорится — и не погаснет. Оценить стиль автора (и перевода тоже!) можно, прочитав отрывок по ссылке, а если кто-то и впрямь заинтересуется, мы готовы прислать еще кусочек текста.


Оригинал взят у karakal в Конармия и Кинг Конг
Конармия King Kong




Из книги Элиф Батуман "Одержимые. Приключения с русской литературой и теми, кто ее читает" (Elif Batuman. The Possessed: The Adventures with Russian Books and the People Who Read Them):

Я решила поискать материалы о моем любимом персонаже из [конармейского] дневника, пленном американском летчике Фрэнке Мошере, которого Бабель допрашивал 14 июля:

«Сбитый летчик американец, босой, но элегантен, шея, как колонна, ослепительно белые зубы, костюм в масле и грязи. С тревогой спрашивает меня, неужели я совершил преступление, воюя с советской Россией. Сильно наше дело. Ах, как запахло Европой, кафе, цивилизацией, силой, старой культурой, много мыслей, смотрю, не отпускаю. Письмо майора Фонт-Ле-Ро – в Польше плохо, нет конституции, большевики сильны ... Нескончаемый разговор с Мошером, погружаюсь в старое, растрясут тебя, Мошер, эх, Конан-Дойль, письма в Нью-Йорк. Лукавит Мошер или нет – судорожно добивается, что такое большевизм. Грустное и сладостное впечатление».

Я любила этот пассаж – за упоминание Конан-Дойля, кафе, некоего «майора Фонт-Ле-Ро», за фразу «грустное и сладостное впечатление». Более того, под именем «Фрэнк Мошер» скрывался капитан Мериан Колдуэлл Купер, будущий создатель и продюсер «Кинг-Конга». И ведь это было на самом деле: Галиция, июль 1920 года, будущего создателя «Кинг-Конга» допрашивает будущий создатель «Конармии». Я проверила Мериана Купера в библиотечном каталоге, и – словно в волшебной сказке – оказалось, что в гуверовском архиве хранится основная часть его бумаг.

Выяснилось, что Купер родился в 1894 году, как и Бабель. Во время Первой мировой служил летчиком, командовал эскадрильей в битве при Сен-Мийеле, был сбит во время Мез-Аргоннского наступления и провел несколько месяцев в немецком плену, где много сталкивался с русскими, приобретя пожизненное отвращение к большевизму. В 1918 году был награжден медалью Пурпурное сердце. В 1919-м вместе с девятью другими американскими летчиками поступил в эскадрилью имени Костюшко, подразделение польских воздушных сил, для борьбы с «красной угрозой» под командованием майора Седрика Фонт-Ле-Ро. Взял псевдоним «капрал Фрэнк Р. Мошер», увидев это имя на поясе в ношеном нательном белье, полученном от Красного креста.

13 июля 1920 года агентство «Ассошиэйтед Пресс» сообщило, что Купера в расположении противника в Галиции «сбили казаки». По словам местных крестьян, на Купера «набросились всадники из кавалерии Буденного», и его убили бы на месте, если бы за него не заступился неизвестный большевик, знавший английский. На следующий день, 14 июля, в дневнике Бабеля появляется запись о Фрэнке Мошере.

От Купера у Бабеля осталось «грустное и сладостное впечатление», а вот Бабель на Купера, похоже, никакого впечатления не произвел, и в его записях нет ничего о «нескончаемом разговоре». Вспоминая о Красной конармии, он написал лишь о допросе у Буденного, который приглашал его «в большевистскую армию в качестве инструктора по авиации». (Кстати, Бабель был прав: Мошер действительно лукавил, когда спрашивал, не совершил ли он «преступление, воюя с советской Россией»). Отказавшись стать инструктором, он пять дней прожил «в гостях» у большевистской эскадрильи. «Я сбежал, но через два дня меня снова арестовали и под усиленной охраной отправили в Москву». Всю зиму он убирал снег с железнодорожных путей, а весной сбежал из тюрьмы «Владыкино» вместе с двумя польскими лейтенантами и на товарных поездах добрался до латвийской границы («Мы адаптировали методы американских бродяг к нашим обстоятельствам»). На границе потребовалось подкупить солдат. Купер отдал свои сапоги, и в Ригу вошел опять босиком.

...

Купер обратился к кинематографу в 1923 году, начав работать вместе с таким же, как он, ветераном российско-польской кампании капитаном Эрнестом Б. Шудсаком.

...

В 1931 году (Бабель в тот год опубликовал «Пробуждение») у Купера появился замысел «Кинг-Конга»: один кинодокументалист и его съемочная группа обнаруживают на далеком острове «наивысшего представителя доисторической животной жизни». Документалист замышлялся как собирательный образ, совмещающий Купера и Шудсака: «Вставьте нас в него, – инструктировал Купер сценаристов. – Пусть в нем будет дух подлинной экспедиции Купера-Шудсака». Киношники из фильма должны привести доисторического монстра в Нью-Йорк для «противостояния нашей материалистической, механистической цивилизации».

На той же неделе я в библиотеке взяла «Кинг-Конга». Глядя, как гигантская обезьяна висит на Эмпайр-стейт-билдинг и лупит по бипланам, я поняла, что Бабель описал аналогичную сцену в «Эскадронном Трунове». В конце рассказа Трунов с пулеметом на бугре обстреливает четыре бомбардировщика из эскадрильи имени Костюшко – «машины из воздушной эскадрильи майора Фаунт-Ле-Ро, просторные бронированные машины ... Машины залетали над станцией все круче, они хлопотливо трещали в вышине, снижались, описывали дуги...» Как и у Кинг-Конга, у Трунова нет аэроплана. Подобно Кинг-Конгу, он терпит поражение. Из надписей на коробке с диском я узнала, что летчики на крупных планах в сцене с Эмпайр-стейт-билдинг – это ни кто иные как Купер и Шудсак: «Мы должны сами убить этого сукина сына». Иными словами, и Кинг-Конг, и эскадронный Трунов были оба убиты летчиками эскадрильи имени Костюшко.
linkReply

Comments:
[User Picture]From: fish_n_lilies
2016-09-16 01:13 pm (UTC)
Я это даже прочитал (я не читал этого раньше). И тоже ничего не понял. Но я вообще местами очень плохо понимаю Чехова.
Я, может, вообще ни хрена не понимаю в русской классике, кроме Горького и Достоевского... так, подумать если. Может быть, мое понимание всех остальных ничем от американского не отличается.

В тему вспомнилось, что Сэлинджер у Толстого тоже всё каких-то монахов со спецтехниками медитации находил - вот Лесков бы им понравился, даже странно, что Лескова в Америке мало знают. Всяким битникам бы в жилу пришлось )))
(Reply) (Parent) (Thread)